Книжный каталог

Валерия Леман Восьмерка, которая не умела любить

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Ален никогда не верил в нумерологию и эзотерические учения, а тут его огорошили новостью – он якобы «настоящая тройка», а его вещий сон о перетекающей в бесконечность цифре «восемь» несет в себе важную информацию о новом детективном расследовании… Заки не предполагал, что его так удивит содержимое флешки, которую он случайно обнаружил у покойника. На видео, кроме незнакомых мужчин, развлекающихся на шумной вечеринке, глупо улыбался в камеру сам Заки. Хотя об этой записи он абсолютно ничего не помнил… Кася и подумать не могла, кто через полгода после ее самоубийства начнет хладнокровно истреблять всех ее бывших возлюбленных… Многие не способны любить никого, кроме себя. Нумерологи считают: виной всему цифры, зашифрованные в дате рождения. Энергия цифры для одного может быть безопасна, а для другого – убийственна…

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Леман В. Восьмерка, которая не умела любить Леман В. Восьмерка, которая не умела любить 180 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Серия Детектив-событие (комплект из 8 книг) Серия Детектив-событие (комплект из 8 книг) 2016 р. bookvoed.ru В магазин >>
Восьмерка, которая не умела любить Восьмерка, которая не умела любить 127 р. ozon.ru В магазин >>
Восьмерка, которая не умела любить Восьмерка, которая не умела любить 241 р. labirint.ru В магазин >>
Леман, Валерия Вечное таинство-смерть: роман Леман, Валерия Вечное таинство-смерть: роман 100 р. bookvoed.ru В магазин >>
Мария Сотис Горький яд любви Мария Сотис Горький яд любви 200 р. litres.ru В магазин >>
Валерия Леман Искушение золотого джокера Валерия Леман Искушение золотого джокера 129 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать Восьмерка, которая не умела любить - Леман Валерия - Страница 1

Валерия Леман Восьмерка, которая не умела любить
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 530 379
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 458 594

Восьмерка, которая не умела любить

Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?

Все началось с придурка Заки. Я всегда называл его придурком, и он не обижался, видимо шестым чувством понимая, что так оно и есть.

Когда-то мы вместе учились в киношколе, пережив немало волшебных моментов пьянства и любви в шестнадцатиэтажном общежитии на Галушкина. Закончив на актерском отделении только курс, я продолжил дружеское общение с Заки уже в качестве свободного художника. Потом он дипломированным актером укатил в свой Тель-Авив, а я остался прозябать в Москве, ведя полубогемное существование и вообще куролеся по жизни.

Если быть предельно откровенным, то следует признать: в том, что приключилось тем августом, есть доля и моей вины. Потому что именно я, встретившись как-то с бывшими однокурсниками по Школе (так мы называли ВГИК) и напившись по сему случаю до положения риз, набрал израильский номер Заки, и все присутствующие стали сентиментально кричать в трубку разные пошлости в духе «А помнишь. » или «Прилетай, Заки, мы по тебе соскучились!»

И он прилетел, можете себе представить? В итоге мы пропьянствовали двое суток напролет – то там то сям у прежних знакомых, под конец осев все в том же общежитии на Галушкина, крепко подружившись с новым поколением будущих лицедеев и режиссеров.

В пятницу, тринадцатого (оцените колорит!), в третьем часу ночи мы были изгнаны из комнаты смазливых экономисток и, едва держась на ногах, под мерзким мелким дождем чудом поймали такси, которое и понесло нас на другой конец Москвы в мое теплое двухэтажное гнездышко с петушком на флюгере. Вот тут Заки и проиллюстрировал, как никогда раньше, какой же он придурок.

Сначала он закурил в салоне черную кубинскую сигару, отчего меня чуть не вывернуло, а таксист в нецензурной форме предложил прекратить курение. Абсолютно проигнорировав данное пожелание, глядя в мокрое окно, за которым рекламные огни и фонари сливались в одну сплошную цветную линию, наш израильский эстет заплетающимся языком принялся разглагольствовать, до чего же пакостный и сырой город-герой Москва, вечно встречающий его персону дождем. Таксист сквозь зубы заметил, что сегодня второй дождь за все лето. Тогда Заки неожиданно хлопнул его по плечу, и водитель с перепугу так резко затормозил, что мы едва не вылетели через лобовое стекло.

Как оказалось, данный жест мой израильский друг произвел единственно для того, чтобы попросить остановить машину, потому как внезапно захотел пописать. Еще большую глупость он сделал немедленно после торможения – сунул белому от злости таксисту хрустящие баксы «за беспокойство». Неудивительно, что тот, едва мы вылезли из такси, рванул с места и был таков.

Вот почему я считаю, что все началось из-за придурка Заки. В синей московской ночи мы стояли под мелким непрерывным дождем на обочине, писая на бордюр и ругая последними словами – Заки таксиста, а я Заки.

Естественно, поймать в этом месте в это время такси или сумасшедшего частника не было никакой возможности. Чувствуя, как постепенно трезвею от влаги, я огляделся и сообразил, что парк по правую сторону дороги мне знаком, и если мы пройдем через него, то выйдем к многоэтажному кварталу, в конце которого расположена зеленая зона с новомодными особняками, в числе коих красуется и мой дом.

Я объяснил рекогносцировку шатающемуся Заки, который немедленно принялся протестовать и ругаться, хотя, убейте меня, не представляю, что другое еще можно было сделать в подобной ситуации, как не двинуться напрямик. Но Заки страшно боялся идти ночью через парк, а потому прочел мне целую лекцию о криминогенности Москвы и даже снова попытался ловить такси, махая руками посреди абсолютно пустой дороги. Понаблюдав за его клоунадой, я молча повернулся и направился к входной арке парка.

Я не безголовый супергерой, не лишен воображения и вполне начитан, чтобы представить, что может приключиться в темноте в зловещих аллеях, а потому честно скажу, что радости сия прогулка мне не доставляла, тем более что сзади волочился хнычущий Заки, истерично вскрикивающий от каждого шороха.

А парк был полон шорохов, леденящих душу звуков и причудливых силуэтов. То я ясно видел скрюченную фигуру старухи, манящую меня когтистым пальцем, а приблизившись, обнаруживал всего лишь молодое деревце акации со смятым газетным листом в ветвях; то вдруг Заки, вцепившись в мое плечо, свистящим шепотом вещал, что видит человека на застывших детских качелях, а это просто была сломанная спинка деревянного сиденья.

Наконец впереди за ровно подстриженным ограждением из кустарника бузины показался просвет улицы. Я с облегчением вздохнул, а Заки неожиданно принялся за художественную декламацию.

«Гамлета» мы ставили в Школе вместе с третьекурсниками – нам с Заки, двум балбесам, доверили роли Бернардо и Марцелло, а потому я прекрасно помнил эту реплику, а также следующую за ней репризу «Входит призрак». И сейчас уже был готов проговорить свои слова («Тсс, замолчи! Смотри, вот он опять!»), – как произошло нечто необычное.

За воротами парка мелькнуло белое пятно. В первое мгновение я испытал необъяснимый ужас. Мне показалось, что, следуя ходу великого спектакля, действительно появился призрак – если не отца Гамлета, то еще кого-нибудь. Не сговариваясь, мы с Заки одновременно замерли на месте, боясь пошевелиться. Что-то светлое и бесформенное легко скользнуло за черной решеткой, а потом послышался прозаический перестук быстрых шагов.

– Человек, – прошептал Заки, невольно улыбаясь, – просто прохожий.

Все было вполне объяснимо: некто вышел из парка с противоположной стороны и двигался по тротуару.

– Хм, прохожий в три часа ночи… – усмехнулся мой приятель, мгновенно позабыв собственные недавние страхи и преображаясь на глазах. – Давай его напугаем!

Это уже снова был прежний Заки – шалун и затейник, готовый среди ночи упиваться Шекспиром или играть в казаки-разбойники с совершенно незнакомыми людьми. Мне показалось страшно смешным то, что мы, два взрослых парня, только что сами умиравшие от страха, способны кого-то напугать. Не знаю, как еще я могу оправдаться – быть может, виной всему был еще не выветрившийся алкоголь? Как бы то ни было, мы с Заки, улюлюкая, мчались за тем несчастным.

Когда мы выбежали за ворота парка, наша жертва уже перешла через дорогу и быстро удалялась в глубь квартала новостроек. Мы с дурацкими криками кинулись следом.

– Стой! – азартно орал Заки. – Именем королевы!

Естественно, незнакомец запаниковал. Значительно сократив разделявшее нас расстояние, я отметил, что он высок, одет в светлые брюки и белую ветровку, и в руках у него ничего нет – ни сумки, ни авоськи, ни какой-нибудь распаршивой визитки, словно бы человек просто вышел подышать воздухом в неурочный час.

Я сразу понял, что прохожий молод, поскольку шагал размашисто и легко, а когда услышал наши вопли и топот погони, так же легко побежал. Его светлый силуэт нереально беззвучно скользил по диагонали двора мимо детских качелей и песочниц, потом вдоль асфальтированной подъездной дорожки громады многоэтажки-муравейника, в которой запросто можно было бы расселить целую деревню, где рождаемость еще не упала до среднероссийского уровня.

– Быстрей! – оборачиваясь на бегу, крикнул задыхающийся Заки. – Мы не должны его упустить!

На самом деле он, конечно, вовсе не хотел догнать беднягу, поскольку тогда перед ним встал бы классический вопрос «Что делать?». Мой израильский друг всегда любил пошалить, повалять дурака, но никогда не был маньяком и садистом, доводящим людей до ужасной смерти. Вот почему он едва не лишился сознания, когда наткнулся на… теплый труп нашей жертвы.

Источник:

www.litmir.me

Восьмерка, которая не умела любить Валерия Леман книга из серии Детектив-событие - бесплатно читать онлайн, скачать FB2

Валерия Леман Восьмерка, которая не умела любить

Восьмерка, которая не умела любить

скачано: 175 раз.

скачано: 134 раза.

скачано: 130 раз.

скачано: 123 раза.

скачано: 117 раз.

скачано: 111 раз.

скачано: 84 раза.

скачано: 73 раза.

8 час 34 мин назад

18 час 14 мин назад

1 день 10 час 13 мин назад

4 дня 21 час 2 мин назад

9 дней 5 час 11 мин назад

12 дней 20 час 38 мин назад

12 дней 21 час 34 мин назад

14 дней 20 час 0 мин назад

15 дней 18 час 44 мин назад

16 дней 0 час 50 мин назад

Книга прелестная. Только один вопрос остался без ответа, если Джулиан работает с большими деньгами, а получает %, почему у него нет денег??

Мне вся серия понравилась!

Спасибо за приятный,добрый бонус.

Замечательная книга. Читается на одном дыхании,нет ничего лишнего, хорошие герои.

вообще очень нравится произведения этого автора, пишет легко и с фантазией, читаю сейчас, но чувствую не дочитаю книгу, стала злить ведунья плакса, утомили уже её слёзы по делу и без

Источник:

www.litlib.net

Читать бесплатно книгу Восьмерка, которая не умела любить, Валерия Леман

Восьмерка, которая не умела любить

Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?

Все началось с придурка Заки. Я всегда называл его придурком, и он не обижался, видимо шестым чувством понимая, что так оно и есть.

Когда-то мы вместе учились в киношколе, пережив немало волшебных моментов пьянства и любви в шестнадцатиэтажном общежитии на Галушкина. Закончив на актерском отделении только курс, я продолжил дружеское общение с Заки уже в качестве свободного художника. Потом он дипломированным актером укатил в свой Тель-Авив, а я остался прозябать в Москве, ведя полубогемное существование и вообще куролеся по жизни.

Если быть предельно откровенным, то следует признать: в том, что приключилось тем августом, есть доля и моей вины. Потому что именно я, встретившись как-то с бывшими однокурсниками по Школе (так мы называли ВГИК) и напившись по сему случаю до положения риз, набрал израильский номер Заки, и все присутствующие стали сентиментально кричать в трубку разные пошлости в духе «А помнишь. » или «Прилетай, Заки, мы по тебе соскучились!»

И он прилетел, можете себе представить? В итоге мы пропьянствовали двое суток напролет – то там то сям у прежних знакомых, под конец осев все в том же общежитии на Галушкина, крепко подружившись с новым поколением будущих лицедеев и режиссеров.

В пятницу, тринадцатого (оцените колорит!), в третьем часу ночи мы были изгнаны из комнаты смазливых экономисток и, едва держась на ногах, под мерзким мелким дождем чудом поймали такси, которое и понесло нас на другой конец Москвы в мое теплое двухэтажное гнездышко с петушком на флюгере. Вот тут Заки и проиллюстрировал, как никогда раньше, какой же он придурок.

Сначала он закурил в салоне черную кубинскую сигару, отчего меня чуть не вывернуло, а таксист в нецензурной форме предложил прекратить курение. Абсолютно проигнорировав данное пожелание, глядя в мокрое окно, за которым рекламные огни и фонари сливались в одну сплошную цветную линию, наш израильский эстет заплетающимся языком принялся разглагольствовать, до чего же пакостный и сырой город-герой Москва, вечно встречающий его персону дождем. Таксист сквозь зубы заметил, что сегодня второй дождь за все лето. Тогда Заки неожиданно хлопнул его по плечу, и водитель с перепугу так резко затормозил, что мы едва не вылетели через лобовое стекло.

Как оказалось, данный жест мой израильский друг произвел единственно для того, чтобы попросить остановить машину, потому как внезапно захотел пописать. Еще большую глупость он сделал немедленно после торможения – сунул белому от злости таксисту хрустящие баксы «за беспокойство». Неудивительно, что тот, едва мы вылезли из такси, рванул с места и был таков.

Вот почему я считаю, что все началось из-за придурка Заки. В синей московской ночи мы стояли под мелким непрерывным дождем на обочине, писая на бордюр и ругая последними словами – Заки таксиста, а я Заки.

Естественно, поймать в этом месте в это время такси или сумасшедшего частника не было никакой возможности.

Я объяснил рекогносцировку шатающемуся Заки, который немедленно принялся протестовать и ругаться, хотя, убейте меня, не представляю, что другое еще можно было сделать в подобной ситуации, как не двинуться напрямик. Но Заки страшно боялся идти ночью через парк, а потому прочел мне целую лекцию о криминогенности Москвы и даже снова попытался ловить такси, махая руками посреди абсолютно пустой дороги. Понаблюдав за его клоунадой, я молча повернулся и направился к входной арке парка.

Я не безголовый супергерой, не лишен воображения и вполне начитан, чтобы представить, что может приключиться в темноте в зловещих аллеях, а потому честно скажу, что радости сия прогулка мне не доставляла, тем более что сзади волочился хнычущий Заки, истерично вскрикивающий от каждого шороха.

А парк был полон шорохов, леденящих душу звуков и причудливых силуэтов. То я ясно видел скрюченную фигуру старухи, манящую меня когтистым пальцем, а приблизившись, обнаруживал всего лишь молодое деревце акации со смятым газетным листом в ветвях; то вдруг Заки, вцепившись в мое плечо, свистящим шепотом вещал, что видит человека на застывших детских качелях, а это просто была сломанная спинка деревянного сиденья.

Наконец впереди за ровно подстриженным ограждением из кустарника бузины показался просвет улицы. Я с облегчением вздохнул, а Заки неожиданно принялся за художественную декламацию.

Когда вон та звезда, левей Полярной,

Пришла светить той области небес,

Где блещет и теперь, Марцелл и я,

Едва пробило час…

«Гамлета» мы ставили в Школе вместе с третьекурсниками – нам с Заки, двум балбесам, доверили роли Бернардо и Марцелло, а потому я прекрасно помнил эту реплику, а также следующую за ней репризу «Входит призрак». И сейчас уже был готов проговорить свои слова («Тсс, замолчи! Смотри, вот он опять!»), – как произошло нечто необычное.

За воротами парка мелькнуло белое пятно. В первое мгновение я испытал необъяснимый ужас. Мне показалось, что, следуя ходу великого спектакля, действительно появился призрак – если не отца Гамлета, то еще кого-нибудь. Не сговариваясь, мы с Заки одновременно замерли на месте, боясь пошевелиться. Что-то светлое и бесформенное легко скользнуло за черной решеткой, а потом послышался прозаический перестук быстрых шагов.

– Человек, – прошептал Заки, невольно улыбаясь, – просто прохожий.

Все было вполне объяснимо: некто вышел из парка с противоположной стороны и двигался по тротуару.

– Хм, прохожий в три часа ночи… – усмехнулся мой приятель, мгновенно позабыв собственные недавние страхи и преображаясь на глазах. – Давай его напугаем!

Это уже снова был прежний Заки – шалун и затейник, готовый среди ночи упиваться Шекспиром или играть в казаки-разбойники с совершенно незнакомыми людьми. Мне показалось страшно смешным то, что мы, два взрослых парня, только что сами умиравшие от страха, способны кого-то напугать. Не знаю, как еще я могу оправдаться – быть может, виной всему был еще не выветрившийся алкоголь? Как бы то ни было, мы с Заки, улюлюкая, мчались за тем несчастным.

Когда мы выбежали за ворота парка, наша жертва уже перешла через дорогу и быстро удалялась в глубь квартала новостроек. Мы с дурацкими криками кинулись следом.

– Стой! – азартно орал Заки. – Именем королевы!

Естественно, незнакомец запаниковал. Значительно сократив разделявшее нас расстояние, я отметил, что он высок, одет в светлые брюки и белую ветровку, и в руках у него ничего нет – ни сумки, ни авоськи, ни какой-нибудь распаршивой визитки, словно бы человек просто вышел подышать воздухом в неурочный час.

Я сразу понял, что прохожий молод, поскольку шагал размашисто и легко, а когда услышал наши вопли и топот погони, так же легко побежал. Его светлый силуэт нереально беззвучно скользил по диагонали двора мимо детских качелей и песочниц, потом вдоль асфальтированной подъездной дорожки громады многоэтажки-муравейника, в которой запросто можно было бы расселить целую деревню, где рождаемость еще не упала до среднероссийского уровня.

– Быстрей! – оборачиваясь на бегу, крикнул задыхающийся Заки. – Мы не должны его упустить!

На самом деле он, конечно, вовсе не хотел догнать беднягу, поскольку тогда перед ним встал бы классический вопрос «Что делать?». Мой израильский друг всегда любил пошалить, повалять дурака, но никогда не был маньяком и садистом, доводящим людей до ужасной смерти. Вот почему он едва не лишился сознания, когда наткнулся на… теплый труп нашей жертвы.

Я не шучу. Завершением нашей погони был труп. Как будто бы это мы, догнав, прострелили его, как картонную мишень.

Все произошло неожиданно. В какой-то момент погони парень исчез из виду, потом мы увидели двигающееся светлое пятно в дальнем конце дорожки, проходящей вдоль муравейника, у последних подъездов с ярко освещенными окнами лестницы. Заки взревел «Цель обнаружена!» и кинулся туда, а я – за ним. Впоследствии мы пытались вспомнить, раздавался ли какой-нибудь звук наподобие хлопка пробки шампанского или выхлопной трубы автомобиля. Но с воспоминаниями было туго: увлеченные погоней, мы топали и шумно дышали, да к тому же все еще находились под тлетворным воздействием алкоголя.

А вот тот, кто хладнокровно пристрелил нашего бегуна, явно был трезв как стеклышко. Когда, подбежав к крайнему подъезду, почти у самой его двери, распахнутой и открывающей ярко освещенную лестницу к лифтам, мы вдруг увидели тело, сразу же стало ясно, что стреляли в парня в упор. Убийца явно стоял в тени под козырьком над крыльцом, так что подбежавший наверняка не сразу его заметил. Скорей всего он вообще никого не ожидал встретить, а просто направлялся к подъезду, когда из темноты выступил некто и пальнул из пистолета с глушителем. Жертву отбросило назад, и наш беглец рухнул на спину, раскинув руки, а на белой ткани его майки на груди расползлось темное пятно.

Как я уже отметил, Заки едва не потерял сознание. Он стоял над трупом, прижав обе руки к сердцу, и тяжело дышал, не в силах произнести ни слова. Пока я, стараясь унять предательскую дрожь в руках, с видом бывалого Шерлока Холмса осматривал тело, убеждаясь в правоте своей версии, Заки несколько успокоился и тоже решил показать себя молодцом. Присев рядом со мной на корточки, он с невольным любопытством вглядывался в бледное лицо мертвеца, на котором застыла странная полуулыбка.

– Как в кино, правда? – еле слышно выдавил из себя мой израильский друг.

Что еще мог сказать Заки, дитя клинтиствудских вестернов и боевиков про ниндзя? Я и сам ощущал странную нереальность произошедшего: человек, которого мы никогда прежде не знали, бежал от нас, ради смеха преследовавших его, и вот – финита ля комедия. Да, все кончено, и никто не крикнет «Стоп, камера! Переснимем этот дубль». Таинство смерти.

– Ведь это не мы, а? – еще более нереально и нелепо прозвучал следующий вопрос Заки.

Я почувствовал, как меня охватывает дрожь. Мы шли по ночному парку, увидели белое движущееся пятно, спьяну-сдуру помчались за кем-то, кто двигался легко и бесшумно, как фантом… Мы ли в него стреляли? Конечно, нет. У нас не было никакого оружия, кроме, разве что, моего брелка в виде перочинного ножа. Но вопрос прозвучал и сбил мои мысли в тягучее месиво.

Я подумал, что в этой жизни возможно все – убийство мыслью, стрельба из пальца. И вообще, несколько минут назад в парке, может, вовсе не человек двигался впереди нас, а бренная душа, астральное тонкое тело, ведя нас к своей убитой оболочке…

Но прежде чем что-то ответить Заки, я вдруг обратил внимание на правую руку мертвеца, слегка прикрытую распахнувшейся полой ветровки, и осторожно отогнул ее. Так и есть, на запястье парня был надет кожаный шнурок с болтавшейся на нем аккуратненькой стильной флэшкой.

– Мать вашу! – Заки резко наклонился и, опередив меня, ловко снял ее.

Флэшка была миниатюрная, серебристого цвета, с инкрустацией в виде золотой рыбки. Я забрал находку у Заки, автоматически сунув в карман джинсов. Сам не знаю зачем.

– Я понял – на ней может быть нечто компрометирующее, – восхищенный собственной догадливостью, сказал Заки и осекся.

Та же мысль поразила одновременно и меня: если беднягу убили не мы, значит, тот, кто это сделал, наверняка находится где-то поблизости и наблюдает за нами. Все произошло слишком быстро, он просто не мог убежать незаметно для нас.

Без лишних слов мы поднялись и, слыша оглушительно-сумасшедший стук собственных сердец, торопливо зашагали прочь. Потом побежали. Когда дорожка свернула направо и впереди показался засаженный молодыми деревцами бульвар с разнообразными дворцами, коттеджами, особняками за высокими заборами, я мысленно вознес хвалу всевышнему – мы были дома.

Флэшка мертвеца

Летом светлеет рано. Пока Заки мылся в душе, я наскоро жарил банальную яичницу с ветчиной, варил кофе в джезве на две большие чашки и вяло размышлял, почему отец, строя для мамы этот уютный двухэтажный особнячок, не додумался до хотя бы двух ванных комнат. Каждый раз, когда у меня появляются гости или навещает сестра Ольга, устав от общежитской жизни и решив недельку-другую пожить дома, вопрос с ванной становится больным.

Я люблю воду – она согревает, расслабляет, успокаивает, но, в силу воспитания, вечно уступаю первую очередь гостям и теряю половину удовольствия от процедуры. Как приятно было бы сейчас после мерзкой прогулки под дождем через парк, глупой погони и обнаружения трупа, вообще после всех этих сорока восьми часов, наполненных шумом и алкоголем, спокойно полежать в ванне с какой-нибудь приятной ароматической добавкой. Вместо этого мне пришлось просто снять мокрую одежду, довольствоваться сухим халатом, а потом заняться кухонными хлопотами, в то время как виновник всех моих бед наслаждался горячим душем, фыркая, как дельфин в Черном море.

Предавшись своим горьким мыслям, я не заметил, как кругом посветлело. Через распахнутую стеклянную дверь, ведущую из кухни в сад, послышались свежие утренние звуки – щебет птиц, дальние гудки автомобилей и голоса.

– Любуешься рассветом? – бодро спросил сукин сын Заки, появляясь в моем темно-синем банном халате.

Я подумал, что если отправлюсь в свой черед принимать душ, то, ко всему прочему, останусь еще и без завтрака, а потому отложил ванну на потом.

– О, наслажденье! – взревел Заки, вилкой подхватывая кусок поджаристой ветчины.

Мы уселись за стол и жадно набросились на холестерин и все остальные ужасные вещи, в изобилии содержащиеся в яйцах, белом хлебе, черном кофе, сахаре и сливочном масле. После этого я сварил еще кофе, а Заки предложил выпить его в гостиной на мягком диванчике перед широким экраном моего «Томсона». Теперь, когда друг был помыт, побрит и накормлен, ему не терпелось узнать, какие же таинственные файлы сохранены на флэшке мертвеца. На сытый желудок всякий не прочь поиграть в детектив.

– Наверняка какая-нибудь порнушка, компромат, – с удовольствием попивая кофе, сладостно мечтал Заки, поудобнее пристраивая под локоть зеленую атласную подушку. – Парень, скажем, нащелкал непристойных фоток некой персоны в сауне, а персона наняла киллера. Вот только непонятно, почему киллер не забрал флэшку. Может, мы его спугнули?

– Обломись! – заткнул я этот фонтан красноречия, чувствуя приятную невесомость и отстраненность от собственного тела. – Скорей всего на флэшке ничего, кроме каких-нибудь обычных рабочих документов или, на крайняк, заезженного боевика. Смотрел его у кого-нибудь в гостях, засиделись с приятелями под пиво…

Как тут же выяснилось, на флэшке имелся один-единственный файл, озаглавленный лишь формальным набором цифр.

– Видеозапись, причем довольно короткая, – запуская оную, прокомментировал я.

Первые кадры разочаровали нас обоих – на лужайке в парке играли какие-то дети. Мальчик отобрал у девочки куклу, и та расплакалась.

– Компромат для мамы мальчика, – не сдержал я сарказма.

И тут же сюжет сменился другим.

Помещение, показавшееся мне смутно знакомым. И несколько парней, один из которых, худой, бритый под ноль, с физиономией убийцы, пил что-то из стакана и ухмылялся в камеру. Потом некий голубоглазый душка в белом костюме приветственно помахал в объектив, затем на нас строго и доброжелательно уставился давешний мертвяк, живой и здоровый пока, все в той же ветровке. Я почувствовал странное напряжение, как будто еще немного, и внутри что-то оборвется, не выдержит, лопнет. Заки актерским жестом поднял ладони, намереваясь сказать банальность, да так и застыл с открытым ртом, потому что на экране широкой пьяной улыбкой улыбался он сам, поднятый чьей-то крепкой рукой с низкого диванчика. Мой друг щурился и что-то говорил, а потом повалился назад на диван. Запись оборвалась.

– Этого не может быть, – ошарашенно уставившись на рябь, появившуюся на экране, проговорил Заки. – Первый раз вижу всех этих людей.

Он посмотрел на меня:

– Ты мне веришь? Клянусь, этого не может быть!

Его лицо было бледнее лица мертвеца.

Шпаргалка № 1

Как бы мы ни хорохорились, убеждая себя, что ничуть не устали, что нам по силам не спать еще сутки, но тайна видеозаписи свалила нас с ног. Еще немного вяло подискутировав о том, как Заки мог оказаться среди абсолютно незнакомых ему людей и ничего о том не помнить, мы разбрелись по своим ложам и провалились в поролоновую яму сна.

Порой мне кажется, что сны – это шпаргалки, посылаемые нам из другого измерения. Из того, где все проще, где легко читаются мысли и ты при необходимости можешь взлететь, как «Боинг». Вот почему в трудных ситуациях, когда выхода вроде бы нет, а предпринять что-то необходимо, лучше всего попросту завалиться спать. Во сне решения приходят сами собой.

На сей раз все было немного по-другому. Я спал, но какая-то часть меня продолжала бодрствовать. Сначала я плавал, как в пучине морской, в тексте реплики Бернардо, анализировал его, продолжая появившуюся еще наяву мысль, что не зря Заки продекламировал стишок за минуту до появления белого пятна. Отсюда следовал вывод, что прав был Шекспир насчет того, что весь мир – театр, а люди в нем – актеры. Получается, мы с Заки очень даже неплохо сыграли свои роли.

Потом мне приснилась восьмерка. Просто цифра. И я ломал себе голову, к чему бы это. Затем повернул ее набок, получив знак бесконечности, что в свой черед озадачило меня. Да, конечно, мне приходилось читать, что восьмерка – цифра особенная, что она символизирует бесконечность и изменчивость мира. Но при чем тут восьмерка, если я думал о трупе неизвестного парня, который, оказывается, когда-то был знаком с Заки и даже распивал с ним нечто, похожее на водку?

Странный сон начинал меня утомлять. Я вообще не люблю цифры и математические примеры, а тут еще восьмерка буквально не отпускала меня, перетекая из одного полушария в другое, переворачиваясь и переливаясь всеми цветами. Потом она засмеялась, и та моя часть, что не находилась в измерении сна, озадачилась: как цифра может смеяться? Потом восьмерка заплакала. Потом послышался бесконечный телефонный звонок, но никто не брал трубку. Я разозлился. «Да возьмешь ты когда-нибудь трубку!» – закричал я и кинул подушку в недоумевающего Заки. Подушка растаяла в воздухе. Я проснулся.

Не было никакого надрывающегося телефона, никакого недоумевающего Заки – я один лежал на своей кровати и чувствовал себя совершенно разбитым. «Дурацкий сон» – вот и все, что вертелось в тяжелой голове. И правда, дурацкий сон. Совершенно дурацкий.

Я встал и побрел к окну, настежь распахнул ставни. В саду бушевало лето: вовсю сияло солнце, птицы порхали по деревьям и дрались из-за жучков-паучков. Наверняка время шло уже к вечеру. Я высунулся из окна так, чтобы видеть небольшую оранжерею с тропическими растениями, устроенную еще моей матушкой до отъезда в Танзанию, и крикнул что есть сил: «Васек!»

Никакого ответа. Собственно, этого и следовало ожидать – когда Василий Щекин трудится, его можно видеть: он бегает по саду, что-то носит, подкапывает, поливает. Васек так же помешан на растениях, как я на женщинах и кофе. Поэтому я и нанял его в качестве садовника, обратившись на кафедру Тимирязевской академии с просьбой порекомендовать мне самого сумасшедшего студента. И бог послал мне Васька, о чем я ни разу не пожалел, потому что ко всем прочим достоинствам он еще умеет волшебно готовить и не хуже меня священнодействовать с кофе.

Словом, я позвал Васька, а тот не ответил, значит, еще не пробило половины пятого – времени, когда мой садовник, тютелька-в-тютельку, появляется в оранжерее.

Я потянулся, пытаясь внушить себе настроение гармонии с миром и с самим собой. Но если с миром я в общем-то был в гармонии, то с самим собой после сна о восьмерке гармонии не получалось. Кроме того, страшно хотелось есть.

Если в доме нет никого, кроме меня и Заки, то, выходит, готовить придется мне. Ведь мой израильский друг может сыграть какую угодно роль, очаровать нужного человека или отбить у тебя любимую девушку, но он не способен приготовить даже яичницу. Это есть неоспоримый факт, с которым я смирился еще в годы совместной учебы. Таким образом, пришлось спускаться вниз и отправляться на кухню.

Если честно, я не слишком люблю готовить, но неплохо освоил данное искусство. Во-первых, потому, что люблю свою кухню со стеклянной дверью, выходящей в сад, а во-вторых, потому, что не люблю чужих в доме. Исключение составляет вышеупомянутый Васек Щекин, который как-то сразу пришелся ко двору. И потом, если обеспечить себя едой я еще смогу, то заставить благоухать и цвести питомцев маминой оранжереи способен только человек, всецело посвятивший себя ботанике, а тут уж мне с Васьком не конкурировать.

Итак, первым делом я покормил рыбок в аквариумах, прошел на кухню, достал из холодильника приличный кусок телятины, вилок цветной капусты, сливки, сыр и принялся готовить мясо по-французски.

Я не зря отметил, что люблю свою кухню. Она не просто современна и комфортабельна, она, если хотите, поэтична. Взять хотя бы эту стеклянную дверь в сад и широкую полосу окна вдоль всей длины разделочного стола. Занимаясь готовкой, я вижу удивительные картины: осенний дождь, срывающий золотые листья, хлопья пушистого снега на ветках, набухающие почки и первое весеннее цветение, буйство зелени лета, разноцветье трав… Можете представить, какой сумасшедший аромат врывается в распахнутую дверь в мае, когда в саду цветут сирень и жасмин? Я заношу на мощенную камнем крытую террасу стол и легкие плетеные стулья, чтобы вкушать трапезу на свежем воздухе.

При использовании книги "Восьмерка, которая не умела любить" автора Валерия Леман активная ссылка вида: читать книгу Восьмерка, которая не умела любить обязательна.

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

Источник:

bookz.ru

Валерия Леман Восьмерка, которая не умела любить в городе Ульяновск

В этом интернет каталоге вы всегда сможете найти Валерия Леман Восьмерка, которая не умела любить по доступной цене, сравнить цены, а также изучить прочие книги в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и рецензиями товара. Доставка выполняется в любой населённый пункт РФ, например: Ульяновск, Воронеж, Москва.