Книжный каталог

Рыбкин Н. Записки космического контрразведчика

Перейти в магазин

Сравнить цены

Категория: Книги

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Абрамов Ф. В СМЕРШе. Записки контрразведчика Абрамов Ф. В СМЕРШе. Записки контрразведчика 363 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Клименко В. Записки контрразведчика. Взгляд изнутри на противоборство КГБ и ЦРУ, и не только… Клименко В. Записки контрразведчика. Взгляд изнутри на противоборство КГБ и ЦРУ, и не только… 423 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Клименко И. Тайна бункера Гитлера. Записки контрразведчика Клименко И. Тайна бункера Гитлера. Записки контрразведчика "СМЕРШ" о розыске военных преступников в завершение Второй мировой войны 255 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Лебедев Н., Попов А. Программа «Союз — Аполлон»: афера космического масштаба? Лебедев Н., Попов А. Программа «Союз — Аполлон»: афера космического масштаба? 328 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Селезнева Н. Покорение космического пространства. Эпопеи советского изобретателя Селезнева Н. Покорение космического пространства. Эпопеи советского изобретателя 557 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Муравьев-Карсский Н. Собственные записки: 1811-1816 Муравьев-Карсский Н. Собственные записки: 1811-1816 445 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Дурова Н. Записки кавалерист-девицы. Избранные сочинения Дурова Н. Записки кавалерист-девицы. Избранные сочинения 198 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать онлайн Записки космического контрразведчика автора Рыбкин Николай Николаевич - RuLit - Страница 2

Читать онлайн "Записки космического контрразведчика" автора Рыбкин Николай Николаевич - RuLit - Страница 2

Покрутился на центрифугах ЦФ-7 и ЦФ-18, полетал на «невесомость». В общем, «белых пятен» для меня не было.

И вот однажды на Байконуре, наблюдая, как готовятся ракета и корабль, мелькнула шальная мысль: «А что если перед стартом проникнуть в бытовой отсек, спрятаться там и уже после старта вдруг объявиться? Конечно, для всех шок, а для тебя дальняя дорога, но зато станешь космонавтом — пусть и без скафандра. Победителей же, как известно, не судят. » И тут я понял: «Ну вот, если такие бредни пришли в мою голову, то почему они не могут посетить других?!» Недолго думая, я поделился этими соображениями со своим предшественником Н. И. Чекиным, который в то время уже работал в НПО «Энергия» и был ответственным за безопасность в период предстартовой подготовки всего комплекса. Как человек весьма опытный, он быстро прокрутил возможные варианты, усомнился в вероятности подобных замыслов, но тем не менее отдал распоряжение об усилении контроля на всех этапах перед стартом. А потом, когда мы уже забыли об этом «маловероятном» варианте, им решил воспользоваться один из инженеров, принимавших участие в подготовке космического корабля к полету. Меры, предпринятые Чекиным, сработали, а мне было приятно, что и я оказался причастен к выявлению «космического зайца».

. По понятным причинам я пока не могу много рассказывать о своей службе в Звездном — как говорится, «время еще не пришло». Мои серьезные архивы и раритетные документы еще ждут своего часа. Зато я могу поведать о своей жизни в этом уникальном военном городке, о людях, с которыми свела меня судьба, ну и немного о себе.

Кстати, однажды во сне пришла мысль, что в воспоминаниях нужно писать только о хорошем. Ну а если критиковать, то лишь чуть-чуть и с юмором. А вот о людях и живущих, и даже недавно ушедших в мир иной — вообще только хорошее. Если они были разноплановыми и противоречивыми натурами, то все негативное и вредное — «двойникам». Их и назвать можно иначе, чем героев. Такое же пожелание высказал один из моих старых знакомых — герой-космонавт, который узнал, что меня побуждают писать мемуары. Он подошел ко мне и тихо сказал: «Дружище, обо мне, пожалуйста, только спустя много лет после моей смерти. А за это я тебе перед тем, как покинуть этот мир, обязательно подарю наброски о своих шальных похождениях. Только ты уж как-то фамилии хоть немного измени. Умный — догадается, а дураку все равно, как тебя звали».

Он словно предчувствовал свою кончину и однажды появился с записками, запечатанными в конверт. Попросив вскрыть после своей смерти, герой распил со мной бутылочку и понаблюдал, как я убрал его «творчество» в глубину своих архивов. И надо же такому случиться, что вскоре после того, как его не стало, он приснился мне и попросил пока не спешить с его жизнеописанием. В его судьбе было много таинственного и мистического. Он знал очень многих и общался с неординарными людьми — от колдунов, гадалок, йогов, врачевателей и экстрасенсов до серьезных инженеров и ученых, занятых разгадками таинственных явлений и фактов.

Я очень надеюсь, что в этих заметках никого не обидел и, главное, ничью память не очернил. Вот, пожалуй, и все, что я хочу сказать в предисловии. А начну свой рассказ, конечно же, с самого начала — с истории Звездного городка.

Городок наш ничего. Земные проблемы Первого отряда

Уже много раз и сами космонавты Первого отряда — знаменитая «двадцатка», — и ученые, и медики рассказывали о том, как подбирали кандидатов, как их обследовали, где они жили на разных этапах отбора.

После первых удачных запусков ракеты Р-7 С. П. Королев уже мысленно уносился в то время, когда он пошлет в космос человека. Затем были первый спутник, собачки Белка и Стрелка, и Королев решил, что время пришло. В январе 1959-го были быстро подготовлены соответствующие постановления ЦК КПСС и Совмина, военные получили необходимые команды, и в ВВС стали отбирать самых-самых. Естественно, ни одно мероприятие в то время не обходилось без активного участия КГБ СССР. Поэтому вот как начинают свой рассказ многие первые: «Мне приказали прибыть в штаб полка, и, когда я зашел, в кабинете находились командир части, особист и врач. » Ну и далее тоже почти у всех одинаково: «Если вы согласны, мы предлагаем вашу кандидатуру для медицинских обследований и последующего возможного участия в испытаниях новой техники. »

Источник:

www.rulit.me

Читать Записки космического контрразведчика - Рыбкин Николай Николаевич - Страница 1 - ЛитЛайф - литературная социальная сеть

Рыбкин Н. Записки космического контрразведчика

День космонавтики. Несколько слов от автора

Каждый год накануне 12 апреля я испытываю такой прилив энергии, что мне кажется — нет преград, которые невозможно преодолеть. И началось это именно 12 апреля 1961 года, утром того солнечного, теплого и вроде бы обычного весеннего дня, когда многие жители огромной страны под названием СССР наверняка ощутили приближение чего-то великого и значимого, хотя посвящены в готовящееся чудо были немногие.

А после полудня из всех радиоточек и пока еще немногих телевизоров с названием КВН полилась, как песня, информация о первом полете советского человека в космос! Это был Юрий Гагарин.

Во всех городах и весях была неописуемая радость великой победы. Это не я придумал — все старшие говорили, что подобные чувства они испытывали лишь в День Победы 9 мая 1945 года. Теперь мы победили в космосе. Уже потом, многократно просматривая телевизионные и кинокадры, каждый замечал, насколько неподдельной была народная радость. Такое невозможно срежиссировать!

Это состояние сохранилось в моей памяти, и каждый год, обогащенная новой информацией, дополненная новыми знаниями, память возвращает меня к тому знаменательному дню, несмотря на экономические и политические изменения, происходящие в уже не такой огромной стране, но тоже с гордым названием — Россия.

А тогда, в 1961-м, пацаном, жизненная дорога которого, казалось, уже была предопределена самим рождением в шахтерском краю, я и подумать не мог, что через 15 лет ступлю на святую землю Звездного городка, где готовились первые поколения космонавтов, а впоследствии — как и у нас, шахтеров, — появились свои династии.

Работая в Центре подготовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина, я никогда не жалел о выбранном мною пути контрразведчика, однако все чаще, получая новую информацию о роли моих здешних сослуживцев в становлении и развитии космической отрасли, спрашивал себя: «А что значимое сделал я?» Но главным был все же вопрос не о заслугах, а о том, не навредил ли я где-либо, пусть даже неумышленно? Ведь я знал, что в конце 1930-х ретивые коллеги избивали на допросах будущего ракетного гения Сергея Павловича Королева, даже сломали ему сапогом челюсть.

Ну что сказать по этому поводу? И при чем здесь я? Излишняя совестливость? Но ведь все сокрытое зло когда-либо всплывает и бьет по твоим же коллегам, если виновники не дожили до праведного суда!

Ярослав Голованов, знаток истории космонавтики, в своей книге «Королев» рассказал о таких горе-чекистах. Мало того, он докопался и нашел одного из них. Несчастный доживал свой век, скатываясь в маразм, и ругал «родное ведомство» за малую пенсию. Конечно, он не помнил тот эпизод с Королевым — быть может, потому что таких «геройств» на его совести было немало либо ему стыдно было в этом признаться: кто он и кто Королев — уже не было вопросом.

Каждый год, вновь прокручивая минувшие события, я с удовлетворением отмечаю, что нет за мной грехов и не осрамил я честь опера военной контрразведки. С этими чувствами я смело иду в Дом космонавтов, где меня ожидают радостные и искренние встречи с друзьями и товарищами из авиакосмической отрасли. Для всех нас 12 апреля — профессиональный праздник, и нам есть что вспомнить и о чем помечтать, особенно сейчас, когда Россия празднует 50-ю годовщину полета человека, открывшего дорогу в космос.

Когда я с друзьями-космонавтами бываю в командировках, либо просто оказываюсь в различных компаниях, где интересуются вопросами космонавтики и ее историей, ко мне часто обращаются с вопросом: «А сколько раз вы летали в космос?» Ведь сейчас, когда космонавтика стала почти обычной работой, многие даже не знают космонавтов в лицо. И я с серьезным видом говорю, что у меня три полета. Когда же начинают уточнять, я, естественно, сразу «колюсь» и, смеясь, отвечаю: «Первый полет в мечтах, второй — во сне и третий — мою фотографию с женой друзья брали в космос и еще на станции «Мир» поставили на фото именные печати станции. Так что хоть и таким образом, но я там был!»

А если честно, то в космос мне очень хотелось, и хотя я понимал, что это нереально, все же старался по мере возможности осваивать космическую науку. Знания техники были необходимы еще и для того, чтобы с космонавтами и специалистами разговаривать на понятном им языке и не задавать наивных вопросов. Моими учителями в этой науке были Юрий Назаров, Евгений Дятлов, Виктор Суворов и другие. О таких, как они, обычно говорят: « Это специалисты суперкласса и инструктора от Бога». При малейшей возможности я садился на тренажеры и изучал все методом «полного погружения». В конце службы я посчитал, что только в командировках на Байконуре, на знаменитой 17-й площадке, где проходили предстартовая подготовка и послеполетная реабилитация космонавтов, я провел более трех с половиной лет. За 22-летний период работы в ЦПК я прошел все этапы медобследований, психологической подготовки и выживания в различных климатических средах.

Покрутился на центрифугах ЦФ-7 и ЦФ-18, полетал на «невесомость». В общем, «белых пятен» для меня не было.

И вот однажды на Байконуре, наблюдая, как готовятся ракета и корабль, мелькнула шальная мысль: «А что если перед стартом проникнуть в бытовой отсек, спрятаться там и уже после старта вдруг объявиться? Конечно, для всех шок, а для тебя дальняя дорога, но зато станешь космонавтом — пусть и без скафандра. Победителей же, как известно, не судят. » И тут я понял: «Ну вот, если такие бредни пришли в мою голову, то почему они не могут посетить других?!» Недолго думая, я поделился этими соображениями со своим предшественником Н. И. Чекиным, который в то время уже работал в НПО «Энергия» и был ответственным за безопасность в период предстартовой подготовки всего комплекса. Как человек весьма опытный, он быстро прокрутил возможные варианты, усомнился в вероятности подобных замыслов, но тем не менее отдал распоряжение об усилении контроля на всех этапах перед стартом. А потом, когда мы уже забыли об этом «маловероятном» варианте, им решил воспользоваться один из инженеров, принимавших участие в подготовке космического корабля к полету. Меры, предпринятые Чекиным, сработали, а мне было приятно, что и я оказался причастен к выявлению «космического зайца».

. По понятным причинам я пока не могу много рассказывать о своей службе в Звездном — как говорится, «время еще не пришло». Мои серьезные архивы и раритетные документы еще ждут своего часа. Зато я могу поведать о своей жизни в этом уникальном военном городке, о людях, с которыми свела меня судьба, ну и немного о себе.

Кстати, однажды во сне пришла мысль, что в воспоминаниях нужно писать только о хорошем. Ну а если критиковать, то лишь чуть-чуть и с юмором. А вот о людях и живущих, и даже недавно ушедших в мир иной — вообще только хорошее. Если они были разноплановыми и противоречивыми натурами, то все негативное и вредное — «двойникам». Их и назвать можно иначе, чем героев. Такое же пожелание высказал один из моих старых знакомых — герой-космонавт, который узнал, что меня побуждают писать мемуары. Он подошел ко мне и тихо сказал: «Дружище, обо мне, пожалуйста, только спустя много лет после моей смерти. А за это я тебе перед тем, как покинуть этот мир, обязательно подарю наброски о своих шальных похождениях. Только ты уж как-то фамилии хоть немного измени. Умный — догадается, а дураку все равно, как тебя звали».

Он словно предчувствовал свою кончину и однажды появился с записками, запечатанными в конверт. Попросив вскрыть после своей смерти, герой распил со мной бутылочку и понаблюдал, как я убрал его «творчество» в глубину своих архивов. И надо же такому случиться, что вскоре после того, как его не стало, он приснился мне и попросил пока не спешить с его жизнеописанием. В его судьбе было много таинственного и мистического. Он знал очень многих и общался с неординарными людьми — от колдунов, гадалок, йогов, врачевателей и экстрасенсов до серьезных инженеров и ученых, занятых разгадками таинственных явлений и фактов.

Источник:

litlife.club

Читать Записки космического контрразведчика - Рыбкин Николай Николаевич - Страница 1

Рыбкин Н. Записки космического контрразведчика
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 530 228
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 458 496

День космонавтики. Несколько слов от автора

Каждый год накануне 12 апреля я испытываю такой прилив энергии, что мне кажется — нет преград, которые невозможно преодолеть. И началось это именно 12 апреля 1961 года, утром того солнечного, теплого и вроде бы обычного весеннего дня, когда многие жители огромной страны под названием СССР наверняка ощутили приближение чего-то великого и значимого, хотя посвящены в готовящееся чудо были немногие.

А после полудня из всех радиоточек и пока еще немногих телевизоров с названием КВН полилась, как песня, информация о первом полете советского человека в космос! Это был Юрий Гагарин.

Во всех городах и весях была неописуемая радость великой победы. Это не я придумал — все старшие говорили, что подобные чувства они испытывали лишь в День Победы 9 мая 1945 года. Теперь мы победили в космосе. Уже потом, многократно просматривая телевизионные и кинокадры, каждый замечал, насколько неподдельной была народная радость. Такое невозможно срежиссировать!

Это состояние сохранилось в моей памяти, и каждый год, обогащенная новой информацией, дополненная новыми знаниями, память возвращает меня к тому знаменательному дню, несмотря на экономические и политические изменения, происходящие в уже не такой огромной стране, но тоже с гордым названием — Россия.

А тогда, в 1961-м, пацаном, жизненная дорога которого, казалось, уже была предопределена самим рождением в шахтерском краю, я и подумать не мог, что через 15 лет ступлю на святую землю Звездного городка, где готовились первые поколения космонавтов, а впоследствии — как и у нас, шахтеров, — появились свои династии.

Работая в Центре подготовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина, я никогда не жалел о выбранном мною пути контрразведчика, однако все чаще, получая новую информацию о роли моих здешних сослуживцев в становлении и развитии космической отрасли, спрашивал себя: «А что значимое сделал я?» Но главным был все же вопрос не о заслугах, а о том, не навредил ли я где-либо, пусть даже неумышленно? Ведь я знал, что в конце 1930-х ретивые коллеги избивали на допросах будущего ракетного гения Сергея Павловича Королева, даже сломали ему сапогом челюсть.

Ну что сказать по этому поводу? И при чем здесь я? Излишняя совестливость? Но ведь все сокрытое зло когда-либо всплывает и бьет по твоим же коллегам, если виновники не дожили до праведного суда!

Ярослав Голованов, знаток истории космонавтики, в своей книге «Королев» рассказал о таких горе-чекистах. Мало того, он докопался и нашел одного из них. Несчастный доживал свой век, скатываясь в маразм, и ругал «родное ведомство» за малую пенсию. Конечно, он не помнил тот эпизод с Королевым — быть может, потому что таких «геройств» на его совести было немало либо ему стыдно было в этом признаться: кто он и кто Королев — уже не было вопросом.

Каждый год, вновь прокручивая минувшие события, я с удовлетворением отмечаю, что нет за мной грехов и не осрамил я честь опера военной контрразведки. С этими чувствами я смело иду в Дом космонавтов, где меня ожидают радостные и искренние встречи с друзьями и товарищами из авиакосмической отрасли. Для всех нас 12 апреля — профессиональный праздник, и нам есть что вспомнить и о чем помечтать, особенно сейчас, когда Россия празднует 50-ю годовщину полета человека, открывшего дорогу в космос.

Когда я с друзьями-космонавтами бываю в командировках, либо просто оказываюсь в различных компаниях, где интересуются вопросами космонавтики и ее историей, ко мне часто обращаются с вопросом: «А сколько раз вы летали в космос?» Ведь сейчас, когда космонавтика стала почти обычной работой, многие даже не знают космонавтов в лицо. И я с серьезным видом говорю, что у меня три полета. Когда же начинают уточнять, я, естественно, сразу «колюсь» и, смеясь, отвечаю: «Первый полет в мечтах, второй — во сне и третий — мою фотографию с женой друзья брали в космос и еще на станции «Мир» поставили на фото именные печати станции. Так что хоть и таким образом, но я там был!»

А если честно, то в космос мне очень хотелось, и хотя я понимал, что это нереально, все же старался по мере возможности осваивать космическую науку. Знания техники были необходимы еще и для того, чтобы с космонавтами и специалистами разговаривать на понятном им языке и не задавать наивных вопросов. Моими учителями в этой науке были Юрий Назаров, Евгений Дятлов, Виктор Суворов и другие. О таких, как они, обычно говорят: « Это специалисты суперкласса и инструктора от Бога». При малейшей возможности я садился на тренажеры и изучал все методом «полного погружения». В конце службы я посчитал, что только в командировках на Байконуре, на знаменитой 17-й площадке, где проходили предстартовая подготовка и послеполетная реабилитация космонавтов, я провел более трех с половиной лет. За 22-летний период работы в ЦПК я прошел все этапы медобследований, психологической подготовки и выживания в различных климатических средах.

Покрутился на центрифугах ЦФ-7 и ЦФ-18, полетал на «невесомость». В общем, «белых пятен» для меня не было.

И вот однажды на Байконуре, наблюдая, как готовятся ракета и корабль, мелькнула шальная мысль: «А что если перед стартом проникнуть в бытовой отсек, спрятаться там и уже после старта вдруг объявиться? Конечно, для всех шок, а для тебя дальняя дорога, но зато станешь космонавтом — пусть и без скафандра. Победителей же, как известно, не судят. » И тут я понял: «Ну вот, если такие бредни пришли в мою голову, то почему они не могут посетить других?!» Недолго думая, я поделился этими соображениями со своим предшественником Н. И. Чекиным, который в то время уже работал в НПО «Энергия» и был ответственным за безопасность в период предстартовой подготовки всего комплекса. Как человек весьма опытный, он быстро прокрутил возможные варианты, усомнился в вероятности подобных замыслов, но тем не менее отдал распоряжение об усилении контроля на всех этапах перед стартом. А потом, когда мы уже забыли об этом «маловероятном» варианте, им решил воспользоваться один из инженеров, принимавших участие в подготовке космического корабля к полету. Меры, предпринятые Чекиным, сработали, а мне было приятно, что и я оказался причастен к выявлению «космического зайца».

. По понятным причинам я пока не могу много рассказывать о своей службе в Звездном — как говорится, «время еще не пришло». Мои серьезные архивы и раритетные документы еще ждут своего часа. Зато я могу поведать о своей жизни в этом уникальном военном городке, о людях, с которыми свела меня судьба, ну и немного о себе.

Кстати, однажды во сне пришла мысль, что в воспоминаниях нужно писать только о хорошем. Ну а если критиковать, то лишь чуть-чуть и с юмором. А вот о людях и живущих, и даже недавно ушедших в мир иной — вообще только хорошее. Если они были разноплановыми и противоречивыми натурами, то все негативное и вредное — «двойникам». Их и назвать можно иначе, чем героев. Такое же пожелание высказал один из моих старых знакомых — герой-космонавт, который узнал, что меня побуждают писать мемуары. Он подошел ко мне и тихо сказал: «Дружище, обо мне, пожалуйста, только спустя много лет после моей смерти. А за это я тебе перед тем, как покинуть этот мир, обязательно подарю наброски о своих шальных похождениях. Только ты уж как-то фамилии хоть немного измени. Умный — догадается, а дураку все равно, как тебя звали».

Он словно предчувствовал свою кончину и однажды появился с записками, запечатанными в конверт. Попросив вскрыть после своей смерти, герой распил со мной бутылочку и понаблюдал, как я убрал его «творчество» в глубину своих архивов. И надо же такому случиться, что вскоре после того, как его не стало, он приснился мне и попросил пока не спешить с его жизнеописанием. В его судьбе было много таинственного и мистического. Он знал очень многих и общался с неординарными людьми — от колдунов, гадалок, йогов, врачевателей и экстрасенсов до серьезных инженеров и ученых, занятых разгадками таинственных явлений и фактов.

Источник:

www.litmir.me

Книга - Записки космического контрразведчика - Рыбкин Николай - Читать онлайн, Страница 1

Записки космического контрразведчика

День космонавтики. Несколько слов от автора

Каждый год накануне 12 апреля я испытываю такой прилив энергии, что мне кажется — нет преград, которые невозможно преодолеть. И началось это именно 12 апреля 1961 года, утром того солнечного, теплого и вроде бы обычного весеннего дня, когда многие жители огромной страны под названием СССР наверняка ощутили приближение чего-то великого и значимого, хотя посвящены в готовящееся чудо были немногие.

А после полудня из всех радиоточек и пока еще немногих телевизоров с названием КВН полилась, как песня, информация о первом полете советского человека в космос! Это был Юрий Гагарин.

Во всех городах и весях была неописуемая радость великой победы. Это не я придумал — все старшие говорили, что подобные чувства они испытывали лишь в День Победы 9 мая 1945 года. Теперь мы победили в космосе. Уже потом, многократно просматривая телевизионные и кинокадры, каждый замечал, насколько неподдельной была народная радость. Такое невозможно срежиссировать!

Это состояние сохранилось в моей памяти, и каждый год, обогащенная новой информацией, дополненная новыми знаниями, память возвращает меня к тому знаменательному дню, несмотря на экономические и политические изменения, происходящие в уже не такой огромной стране, но тоже с гордым названием — Россия.

А тогда, в 1961-м, пацаном, жизненная дорога которого, казалось, уже была предопределена самим рождением в шахтерском краю, я и подумать не мог, что через 15 лет ступлю на святую землю Звездного городка, где готовились первые поколения космонавтов, а впоследствии — как и у нас, шахтеров, — появились свои династии.

Работая в Центре подготовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина, я никогда не жалел о выбранном мною пути контрразведчика, однако все чаще, получая новую информацию о роли моих здешних сослуживцев в становлении и развитии космической отрасли, спрашивал себя: «А что значимое сделал я?» Но главным был все же вопрос не о заслугах, а о том, не навредил ли я где-либо, пусть даже неумышленно? Ведь я знал, что в конце 1930-х ретивые коллеги избивали на допросах будущего ракетного гения Сергея Павловича Королева, даже сломали ему сапогом челюсть.

Ну что сказать по этому поводу? И при чем здесь я? Излишняя совестливость? Но ведь все сокрытое зло когда-либо всплывает и бьет по твоим же коллегам, если виновники не дожили до праведного суда!

Ярослав Голованов, знаток истории космонавтики, в своей книге «Королев» рассказал о таких горе-чекистах. Мало того, он докопался и нашел одного из них. Несчастный доживал свой век, скатываясь в маразм, и ругал «родное ведомство» за малую пенсию. Конечно, он не помнил тот эпизод с Королевым — быть может, потому что таких «геройств» на его совести было немало либо ему стыдно было в этом признаться: кто он и кто Королев — уже не было вопросом.

Каждый год, вновь прокручивая минувшие события, я с удовлетворением отмечаю, что нет за мной грехов и не осрамил я честь опера военной контрразведки. С этими чувствами я смело иду в Дом космонавтов, где меня ожидают радостные и искренние встречи с друзьями и товарищами из авиакосмической отрасли. Для всех нас 12 апреля — профессиональный праздник, и нам есть что вспомнить и о чем помечтать, особенно сейчас, когда Россия празднует 50-ю годовщину полета человека, открывшего дорогу в космос.

Когда я с друзьями-космонавтами бываю в командировках, либо просто оказываюсь в различных компаниях, где интересуются вопросами космонавтики и ее историей, ко мне часто обращаются с вопросом: «А сколько раз вы летали в космос?» Ведь сейчас, когда космонавтика стала почти обычной работой, многие даже не знают космонавтов в лицо. И я с серьезным видом говорю, что у меня три полета. Когда же начинают уточнять, я, естественно, сразу «колюсь» и, смеясь, отвечаю: «Первый полет в мечтах, второй — во сне и третий — мою фотографию с женой друзья брали в космос и еще на станции «Мир» поставили на фото именные печати станции. Так что хоть и таким образом, но я там был!»

А если честно, то в космос мне очень хотелось, и хотя я понимал, что это нереально, все же старался по мере возможности осваивать космическую науку. Знания техники были необходимы еще и для того, чтобы с космонавтами и специалистами разговаривать на понятном им языке и не задавать наивных вопросов. Моими учителями в этой науке были Юрий Назаров, Евгений Дятлов, Виктор Суворов и другие. О таких, как они, обычно говорят: « Это специалисты суперкласса и инструктора от Бога». При малейшей возможности я садился на тренажеры и изучал все методом «полного погружения». В конце службы я посчитал, что только в командировках на Байконуре, на знаменитой 17-й площадке, где проходили предстартовая подготовка и послеполетная реабилитация космонавтов, я провел более трех с половиной лет. За 22-летний период работы в ЦПК я прошел все этапы медобследований, психологической подготовки и выживания в различных климатических средах.

Покрутился на центрифугах ЦФ-7 и ЦФ-18, полетал на «невесомость». В общем, «белых пятен» для меня не было.

И вот однажды на Байконуре, наблюдая, как готовятся ракета и корабль, мелькнула шальная мысль: «А что если перед стартом проникнуть в бытовой отсек, спрятаться там и уже после старта вдруг объявиться? Конечно, для всех шок, а для тебя дальняя дорога, но зато станешь космонавтом — пусть и без скафандра. Победителей же, как известно, не судят. » И тут я понял: «Ну вот, если такие бредни пришли в мою голову, то почему они не могут посетить других?!» Недолго думая, я поделился этими соображениями со своим предшественником Н. И. Чекиным, который в то время уже работал в НПО «Энергия» и был ответственным за безопасность в период предстартовой подготовки всего комплекса. Как человек весьма опытный, он быстро прокрутил возможные варианты, усомнился в вероятности подобных замыслов, но тем не менее отдал распоряжение об усилении контроля на всех этапах перед стартом. А потом, когда мы уже забыли об этом «маловероятном» варианте, им решил воспользоваться один из инженеров, принимавших участие в подготовке космического корабля к полету. Меры, предпринятые Чекиным, сработали, а мне было приятно, что и я оказался причастен к выявлению «космического зайца».

. По понятным причинам я пока не могу много рассказывать о своей службе в Звездном — как говорится, «время еще не пришло». Мои серьезные архивы и раритетные документы еще ждут своего часа. Зато я могу поведать о своей жизни в этом уникальном военном городке, о людях, с которыми свела меня судьба, ну и немного о себе.

Кстати, однажды во сне пришла мысль, что в воспоминаниях нужно писать только о хорошем. Ну а если критиковать, то лишь чуть-чуть и с юмором. А вот о людях и живущих, и даже недавно ушедших в мир иной — вообще только хорошее. Если они были разноплановыми и противоречивыми натурами, то все негативное и вредное — «двойникам». Их и назвать можно иначе, чем героев. Такое же пожелание высказал один из моих старых знакомых — герой-космонавт, который узнал, что меня побуждают писать мемуары. Он подошел ко мне и тихо сказал: «Дружище, обо мне, пожалуйста, только спустя много лет после моей смерти. А за это я тебе перед тем, как покинуть этот мир, обязательно подарю наброски о своих шальных похождениях. Только ты уж как-то фамилии хоть немного измени. Умный — догадается, а дураку все равно, как тебя звали».

Он словно предчувствовал свою кончину и однажды появился с записками, запечатанными в конверт. Попросив вскрыть после своей смерти, герой распил со мной бутылочку и понаблюдал, как я убрал его «творчество» в глубину своих архивов. И надо же такому случиться, что вскоре после того, как его не стало, он приснился мне и попросил пока не спешить с его жизнеописанием. В его судьбе было много таинственного и мистического. Он знал очень многих и общался с неординарными людьми — от колдунов, гадалок, йогов, врачевателей и экстрасенсов до серьезных инженеров и ученых, занятых разгадками таинственных явлений и фактов.

Я очень надеюсь, что в этих заметках никого не обидел и, главное, ничью память не очернил. Вот, пожалуй, и все, что я хочу сказать в предисловии. А начну свой рассказ, конечно же, с самого начала — с истории Звездного городка.

Городок наш ничего. Земные проблемы Первого отряда

Уже много раз и сами космонавты Первого отряда — знаменитая «двадцатка», — и ученые, и медики рассказывали о том, как подбирали кандидатов, как их обследовали, где они жили на разных этапах отбора.

После первых удачных запусков ракеты Р-7 С. П. Королев уже мысленно уносился в то время, когда он пошлет в космос человека. Затем были первый спутник, собачки Белка и Стрелка, и Королев решил, что время пришло. В январе 1959-го были быстро подготовлены соответствующие постановления ЦК КПСС и Совмина, военные получили необходимые команды, и в ВВС стали отбирать самых-самых. Естественно, ни одно мероприятие в то время не обходилось без активного участия КГБ СССР. Поэтому вот как начинают свой рассказ многие первые: «Мне приказали прибыть в штаб полка, и, когда я зашел, в кабинете находились командир части, особист и врач. » Ну и далее тоже почти у всех одинаково: «Если вы согласны, мы предлагаем вашу кандидатуру для медицинских обследований и последующего возможного участия в испытаниях новой техники. »

В Москву они прибывали в разные сроки, но часть из них, приехав, некоторое время жила в одном из домов на Ленинском проспекте, где было выделено несколько квартир по линии Академии наук. Сейчас на площади его имени стоит стилизованный монумент Юрия Гагарина. Я могу немного ошибиться, но правой рукой он как раз показывает на те самые квартиры, где первоначально были размещены некоторые из первых. Вряд ли это задумка скульптора — скорее, чистейшее совпадение.

Затем кандидатов собрали в районе стадиона «Динамо», в здании барачного типа, где молодые ребята проживали и проходили медотбор в Институте авиационной медицины. Там же окончательно был сделан выбор двадцати человек, которых поэтапно расселяли в пятиэтажках жилого городка Чкаловский. Этот гарнизон был славен тем, что в основном его жителями были пилоты Дивизии особого назначения и летчики-испытатели, а также члены их семей. Сейчас на домах, где жили Юрий Гагарин и его товарищи, висят мемориальные доски.

Источник:

detectivebooks.ru

Рыбкин Н. Записки космического контрразведчика в городе Иркутск

В нашем каталоге вы можете найти Рыбкин Н. Записки космического контрразведчика по доступной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть похожие предложения в категории Книги. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Доставка осуществляется в любой населённый пункт России, например: Иркутск, Киров, Волгоград.